* ГЛАВА No 6. ВИШЕГРАД. КАЗАКИ. (1993 г., январь - апрель)

Вишеград. Январь 1993 г. Казаки накануне выхода на патруль. Николай Максимов в своей книге "Две войны", описывая боевые действия на Балканах в 70-е годы XIX века, отмечает большую разницу между донскими, с одной, и кубанскими да терскими казаками, с другой стороны. Донских казаков было намного больше, репутация же у них была не ахти. Еще век назад они удивляли Балканы своими пьянками и "шалостями". Тогда же терцы и кубанцы, по его словам, сторонились и презирали донцов. Правда и то, что именно "инородцы", подражая в удали и бесшабашности казаками, в основном и портят последним репутацию. Объяснить я это могу так. Казаки формировались из всякого воровского, буйного, пассионарного элемента, который органично вписался в приграничную полувоенную обстановку. С перемещением же границы дальше к югу "боевитость" осталась у казаков кавказской линии, постоянно находившихся в состоянии войны с горцами. Донцы же, мягко говоря, потеряли тонус. Представляю, как дыбом встанут усы у них, читающих эти строки... Претензии, пожалуйста, к Николаю Максимову - ну и самим себе. В наше время казачьи лампасы, погоны, нагайки, присвоенные каким-то чудесным образом звания и Бог знает какие кресты больше смахивают на маскарад. Они скорее - способ самовыражения людей, ничего более не достигнувших. Возможно, что подобная разница между донцами и северокавказскими казаками есть и сейчас. Я не знаю этого точно. Дело в том, что основная масса казаков, участвовавших в конфликтах в Приднестровье и Югославии, приехали из области Войска Донского. Среди них было немало достойных людей, не уронивших честь России... Казаки - действительно в силу исторических причин отличаются от русских, проживающих на севере или в центре России, их можно более-менее точно определить как сословие-субэтнос. Значительная часть казаков считает себя особым народом и с презрением относится к прочим русским людям. На обращение к ним "мужики" часто следовал резкий отпор: "Какие мы тебе мужики? Мы - казаки!" В среде казаков сейчас ходят и пользуются большой популярностью теории, согласно которым Рим был основан казаками, Троя была взята казаками, а Пекин - само собой разумеется, основан тоже ими, и название его происходит от слова "пика". Весь этот бред воспринимается иными казачками всерьез. Ну, нельзя подходить к этому вопросу так строго. После катастрофы начала ХХ века, когда Россия лишилась лучшей части своего общества, начали формироваться новые военные династии, взамен утерянных и погибших. Так вот, большинство советских офицерских династий (не офицеров, подчеркиваю, а династий) происходит именно из среды красного казачества. Некоторое подобие казаков было и у сербов. Краюшники, жители Сербской Краины, отличаются от прочих сербов большей боевитосью. Дело в том, что краюшники, граничары - это потомки сербов, бежавших из Оттоманской Империи. Они осели два-три века назад на тогдашней австрийской границе и верой и правдой служили империи Габсбургов.

    ДВА МЕДВЕДЯ В ОДНОЙ БЕРЛОГЕ.

Новый, 1993 год начался с прибытия первых трех казаков. Через два дня прибыли еще тридцать восемь во главе с Загребовым, названные Первой казачьей сотней. В обиходе у добровольцев - "Первый разлив". Это ярко характеризует первый казачий эшелон. Добровольцы, давшие это имя, ведь тоже в обществе трезвости не состояли. Казаков сразу поставили в привилегированное положение по сравнению с добровольцами. Среди прибывших казаков были знакомые Асу по Кочиерам Багров, Артур Артурыч, Риголетто. Приехали выздоровевший Геннадий Котов и освобожденный из румынского плена Анатолий Шкуро.(*См. главу No4.) Возглавлял эту разнородную группу, экипированную в причудливую смесь сербской и казачьей униформы и объединенную термином "казаки", я уже упомянул, некто Александр Загребов, до того воевавший в Сербской Краине. Фигура противоречивая, вызывающая отвращение и уважение одновременно. Настоящая фамилия, равно как и биография, неизвестна. Внешне это - полная противоположность мягкому и тихому Эдику. Александр обладал громким, чистым волевым голосом. Движения его были резкими, но не "дергаными". Этот жилистый мужчина, жгучий брюнет со скуластым лицом был бесспорным, не терпящим соперников лидером... Кто он? Вроде бы бывший офицер-особист, бывал и в Афганистане... Загребов умудрялся одновременно и получать деньги с сербов за казаков - то есть был вербовщиком, торговцем "живым товаром", и возглавлять казаков в бою, и даже как-то поддерживать среди них дисциплину. Для этого надо быть человеком бесстрастным и бесстрашным. Ас ужаснулся, узнав о приезде донцов, и пообещал сербам, что у тех будут серьезные проблемы. Порекомендовал послать их куда-нибудь подальше от цивилизации - на дальние положаи. Сербы с недоверием отнеслись к предупреждению. Презентация же была такой - к Асу прибежали сербы и объяснили, что у одного его воина падучая. Ас прибежал и увидел бьющегося в конвульсии и хлопьях пены казака: "Это не мой, это казак." Сербы не сразу поняли разницу между казаками и добровольцами. Поселили казаков на Околиштах, в бывший интернат для слаборазвитых детей, что послужило поводом для многочисленных шуток. Четвертого января возникли первые проблемы - двое казаков в пьяном виде затеяли перестрелку, полиция тщетно попробовала их успокоить. Казаки ответили пулеметной очередью, и полицейские ретировались. В школу, где сидели добровольцы, вбежал Лука Драгишевич. Заикаясь от волнения, он объяснил, что "там" идет перестрелка и попросил Аса разнять и успокоить людей. Ас идти под пули и разнимать казаков отказался: "Это - не моя игра. Я - не самоубийца. Я предупреждал вас, советовал с ними не связываться." Сидевшие (и залегшие) вокруг дуэлянтов русские пробовали даже заключать пари на победителя в этой схватке, возникшей из-за классического вопроса: "Ты меня уважаешь?" Эта фраза оказалась равнозначной гамлетовскому вопросу "Быть или не быть?" К счастью, воины взяли лишку и поэтому друг в друга не попали, хотя в ход пошла даже граната. Ни в коем случае не хочу очернить всех казаков первого потока, но чрезмерное пристрастие к спиртному очень сильно испортили репутацию казаков у сербского населения Вишеграда. Может быть ранее, когда основным оружием были пики и шашки, спиртное и не было такой помехой на войне. Главное - держаться в седле. Напротив, в рубке, в рукопашной конной схватке это - лишний плюс. Так достигается отсутствие страха, неукротимость, состояние эйфории. Победа в бою тогда порой достигалась именно победой духа. Седьмого, на Рождество, один из "волков" - Румын - понес праздничный поднос с бутербродами и прочими деликатесами от сербов казакам. Сначала его встретил Глеб, стоявший на часах. Наставив ствол, зло спросил: "Кто идет?" и не желал пускать. Вошедший все-таки в интернат Румын хотя и не упал, но выронил поднос от неожиданности: он увидел... праздничное построение казаков. Загребов мог хотя бы эпизодически поддерживать дисциплину казачьей вольницы. В течение следующих дней русские дежурили у электростанции и предприняли минометный обстрел Джанкичей. Десятого января прибыли еще два бойца. Во время дежурства на ГЭС едва не произошел казус. Сербы предупредили, что на тропинке, по которой пойдет смена на позиции, поставлена мина-растяжка и даже точно показали место, где она стоит. Смена - половина РДО во главе с Эдиком - благополучно прошла, перешагнув в указанном месте через проволоку. На обратном пути об этом забыли. Шедший впереди Эдик остановился только когда, почувствовал проволоку ногой. Не ожидавшие такой резкой остановки русские тормозили, упираясь руками во впереди стоящих. По чистой случайности, все остались невредимы - а так был шанс сразу вывести из строя половину "Царских волков." Через некоторое время возле подстанции сербы обнаружили и мусульманскую мину-растяжку, установленную на колу. Прибывшие туда русские умилились от увиденной картины: все сербы сидели тесным кружком вокруг кола, а один из них разбирал прикрепленную там мину. Случайный взрыв мины мог бы убить и покалечить сразу всех зрителей.

    СОВМЕСТНЫЙ БОЙ

Вишеград. Казак готовится к бою. Готовилась совместная операция казаков и РДО-2. Ас предлагал пройти к Заглавку, занять его и перекрыть - завалить находившиеся там два тоннеля и заминировать мост через Дрину. Контроль Заглавка и стратегического перекрестка решил бы сразу две задачи - обезопасил бы правый (сербский) берег Дрины от мусульманских налетов и заблокировал бы Твртковичи, находившиеся выше Вишеграда по течению Дрины - как уже говорилось ранее, между водохранилищем и мостом, по которому шла дорога на Рудо. Так можно было бы сделать еще один шаг к Горажде. Загребов же придерживался иной точки зрения - она и возобладала. Было решено неожиданно ворваться в населенный пункт Твртковичи и взорвать там мечеть. Эффект! Быстро, дешево и сердито! Впереди всех в село выдвигалась разведгруппа из казаков и серба-проводника. За ней шли основная часть казаков во главе с Загребовым и часть РДО. Прочие "Царские волки" находились у минометов вместе с сербским боевым охранением. Минометная позиция отстояла от основных сил русских чуть ближе к Заглавку, огонь корректировал казачий командир рангом помельче - Заплатин. За спиной у мусульман была река. Разведгруппа прошла в село. За ней, изменив слегка свой маршрут, шли казаки. Хлопок - и первый казак, Костя, падает. Следующий хлопок, сопровождаемый облаком белого дыма - и падает Мирон. С третьим хлопком упал еще один казак - Баталов. Сначала добровольцы (второго эшелона) подумали, что казаков забрасывают ручными гранатами. Потом стало ясно, что те нарвались на мины. Кроме трех подорвавшихся, еще один боец - Артур - получил осколок в лицо. Добровольцы стали кричать, чтобы казаки аккуратно выходили, след в след, с минного поля. Но Загребов приказал оставить раненых на месте и идти вперед. Казаки, выполняя приказ, пошли в село. Там уже вспыхнул бой - фактор внезапности утеряли, разведгруппа вступила в перестрелку. Ас смог завернуть нескольких казаков и те стали вместе с бойцами "Царских волков" выносить раненых с поля боя. Мирон, "афганец", подорвавший в Афганистане правую ногу, здесь повредил и левую. На вынос раненых ушли силы и время. Дмитрий Чекалин профессионально занялся "выпотрашиванием" ботинок раненых и их перевязкой - все были восхищены его сноровкой и мастерством профессионального спасателя. Тем временем разведгруппу накрыли минометным огнем. Две мины взорвались впереди, две позади - и потом они попали в цель, взяв русских в классическую вилку. У мусульман сидела "кукушка" и хорошо корректировала огонь, который велся с Заглавка. Позже была выдвинуто предположение, что вырвавшаяся вперед русская разведгруппа была накрыта огнем своих же минометов - но это не подтвердилось. Да, там вышло некоторое непонимание между Загребовым, который трассерами показал направление стрельбы, Заплатиным - сообщившим по рации "На четыреста метров ближе", и батареей. Артиллеристы не поняли, ближе к кому - к батарее или к Загребову. Чуть позже со стороны Заглавка в обхват русских выдвинулись мусульмане. Батарею спас казак Дед, рассеявший взвод противника снайперским огнем и убивший в бою из "Маузера" пять человек. Причем выглядело это так. "Куда стрелять? Не вижу!" -"Бери чуть левее угла дома!" Выстрел, попадание. "Убит!" - "Где следующий?" Дед в 1956 году воевал в Венгрии, получил там ранение - и после окончания курсов снайперов, вскоре был отправлен в запас. Сейчас - после 36-летнего перерыва, в возрасте под шестьдесят - взял оружие второй раз в руки. Позже в тыл батарее стала выходить вторая группа мусульман. Заметив ее и сообщив по радио русским, стоявшие в охранении сербы ушли, закончив радиосообщение словами: "Если можете - спасайтесь!" Мечеть взорвать так и не удалось. Гореть в ней было нечему - толстые стены были сделаны из бетона, а внутри - была лишь кафедра. Не помогла и безоткатная пушка, которую тащил на себе казак Камшилов. Потом сербы объявили, будто "турки" потеряли в этом бестолковом бою четырнадцать человек убитыми, но добровольцы считают эту цифру завышенной почти вдвое. Потери русских - контуженный, четверо раненых, один казак, Василий Ганиевский, погиб. Был убит серб-проводник Неделько, который всегда ходил в пекло вместе с добровольцами, и поэтому они считают его в числе собственных потерь. Он был тяжело ранен миной, выпущенной из миномета, и когда его несли на плащпалатке, он повторял: "Больно, пуна больно.."(*"Больно, очень больно"). Потом резко дернулся и затих. Его большое тело сильно потяжелело. Вишеград. Казак Василий Ганиевский. Погиб в бою 12 января 1993 года. Последними словами умирающего бойца были "Ребята, я вижу солнце". После этой акции отношения казаков и добровольцев стали портиться. Тогда, видимо, и была запущена версия об обстреле казаков добровольцами. Добровольцы считали, что виноват Загребов, а тот пытался свалить вину на "Царских волков". Решался стандартный вопрос - кто виноват? Загребов, спланировавший операцию? Заплатин, сидевший на рации? Или Костя, который стал обходить брошеную ветку и наступил на мину-паштет? Деревня все равно была пустой - и эффекта не удалось бы достичь в любом случае. Кое-кто из казаков считал, что Ас струсил и именно потому не пошел с ними в село... Виноватым сделали Заплатина, который был выпорот. Четырнадцатого января были похороны погибших. На похороны из Скелани приехал Александр Александров. (*Воевал против румын под Кицканами.) Несколько человек стали свидетелями крутого разговора с ним Дмитрия Чекалина, которому офицер, видимо, досадил еще в Приднестровье. Маленький крепыш (метр шестьдесят) держал за пуговицу долговязого и еще больше вытянувшегося Александрова и говорил: "Сейчас похороны. Я тебя пока трогать не буду. Но как они закончатся - поговорим." Александров уехал, не дождавшись конца траурной церемонии. На свете было мало вещей которых он страшился - он не боялся ни румынских полицейских, ни азербайджанских ОМОНовцев и "серых волков", ни мусульман-босняков. Но в это число не входил "маленький рембо" Дмитрий Чекалин. Ситуация в Скелани, куда попал Александр Александров, напоминала вишеградскую. Там с 1992 года действовал небольшой отряд, состоявший в основном из питерских националистов. В начале же 1993 года туда прибыла группа казаков Атаманского полка, носивших голубые погоны и шевроны. Их было двенадцать человек. Скеланийский отряд, возглавляемый Александровым, и казаки-атаманцы противостояли мусульманскому гарнизону Сребреницы, в составе которого воевала и группа моджахедов азиатского происхождения. Скелани - небольшой, но стратегический важный поселок, в котором жили работники ГЭС. Эта электростанция также стоит на Дрине, сильно ниже Вишеграда, там где река делает резкий поворот на восток. Расположен этот поселок на границе Боснии и собственно Сербии. Боевые действия здесь были такого же характера, как и в Вишеграде. Периоды затишья сменялись ожесточенными схватками. Так, одновременно с рейдами под Вишеградом, в конце января 1993 года мусульмане предприняли успешную карательную акцию. Застав гражданское сербское население врасплох, "турки" безжалостно уничтожали иноверцев. Всего тогда они убили более шестидесяти сербов, почти все были сугубо мирные люди. Но поселок взять не удалось. В отражении этого нападения большая заслуга принадлежит русским, прежде всего Калмыку и Александрову. Они отбили у мусульман танк Т-34. Александров при этом был ранен в грудь, а погибнет он через 21 мая 93-го в Креше, подорвавшись на мине-растяжке. Калмык воевал в Скелани с лета 1992, а потом - после большого перерыва - в 1995 году вновь вернулся в Боснию.

    x x x

Вскоре после боя (*речь идет о попытке штурма Твртковичей 12 января) группа казаков и двое русских из РДО-2 прибыли в кафану, где казаки потребовали пива. Сербы отказали им, сославшись на отсутствие. При этом кафанщик обратил внимание на двух парней в черных беретах: - Аса монсы? ("Аса люди?") - Да. - Пиво надо? - Нет. Добровольцы решили не накалять страсти в уже далеко не лучших отношениях с казаками. Через четыре дня произошел случай "с бабушкой". Шедшие в разведку добровольцы обратили внимание, что на хуторе на пороге дома стоит бабушка-мусульманка. Поинтересовались, нет ли бойцов противника. Убедились, что нет и пошли дальше. За русским шла группа сербов во главе с молодым парнем, у которого мусульмане вырезали семью. Ас услышал лай собаки и две короткие очереди. "Что случилось?" - спросил он по рации. - Застрелил собаку, - был ответ. - А где бабушка? - Спавает ("Спит"). Ну, понятно, как она спит - упала, где стояла.Русских очень сильно покоробило такое убийство, но умерла так умерла, и они заминировали тело. - За что он ее, ведь бабка совсем безобидная? - У парня муслики всю семью вырезали. Отца, мать убили. А младшую сестру сначала изнасиловали, а потом выпотрошили. Вот у него теперь аллергия на них... Тогда же отмечены первые случаи мародерства среди добровольцев. Вообще, на этой войне в нем не находят ничего предосудительного - "ратный плен", военная добыча, трофеи считаются почетными и практикуются всеми сторонами. Операции "мародерки" относятся к достаточно рискованным - они проводятся на нейтральной полосе в условиях вероятного столкновения с противником. В нем участвуют небольшие группы (по правилам безопасности - три человека). Ходила и шутка по этому поводу: "Чем меньше нас, тем больше наша доля." В операции "мародерки" люди ходят в основном из-за скуки - других развлечений, "щекотания нервов" на войне почти нет. Населенный пункт захвачен. Жители ушли, осталось много барахла. Добровольцы заходят в дома - там стоят телевизоры, мебель... Зачем это им, вольным птицам? Негоже отдавать и сербам, которые в хутор вошли вторыми. Не стоит оставлять и противнику, так как из населенного пункта скоро уйдем. Из дома выносится телевизор - и автоматная очередь разносит его в крошки... Добровольцы заходят в дом и видят шкаф, полный хрустальной посуды. - Смотри какая красивая! Тонкие ценители, эстеты тут жили.. - Как известно, хороший вкус - препятствие к прогрессу! - и вся посуда превращатся в осколки. Понимаете, читатель? Боец открывает стенной шкаф и видит его наполненным новенькими адидасовскими костюмами в полиэтиленовых упаковках. Ухмыльнувшись, он уходит, а идущий следом за ним поджигает газету и бросает в шкаф. Огонь весело пожирает барахло, разделяя праздник вместе с русскими бойцами.

    x x x

Бывалый доброволец в Вишеграде встретил двух казаков, которые из подобной прогулки притащили трофей, роскошное издание Корана прошлого века. - Зачем вам он? Сожгите сейчас же! - Ты чего? Смотри, какая книжка классная! - Хотите, чтобы сербы заподозрили в вас мусульман и ночью прирезали? Вон они косятся на вас, идиотов! Такие доводы возымели действие. Коран был сожжен на глазах у сербов, дабы те окончательно не обиделись на казаков. В среде казаков началась и борьба за власть (ранее не избежал ее и РДО-2).

    МУСУЛЬМАНСКИЕ АТАКИ.

Дни добровольцев шли в патрулировании и прочесывании местности, но одно событие скрасило эту скучную жизнь... Однажды Ас был обвинен в продаже двух автоматов и на следующий день арестован. По его мнению, это все были интриги Загребова. После тридцатиминутной перебранки в сербском штабе о статусе русского, арестован он или нет, Ас попросил подполковника перегнуться к нему через стол, пообещав показать нечто интересное. Тот перегнулся и увидел... направленный ему в живот ствол. Сербы не удосужились обыскать Аса, поэтому он незаметно достал из широких штанин пистолет и арестовал пытавшегося его допросить подполковника Луку Драгишевича и начальника полиции. Последний, до того демонстрационно крутивший барабан револьвера, осознав, что он сам был на мушке, впал в ступор. Конфликт был исчерпан, были испиты традиционные в таких случаях чашки кофе (нечто вроде боснийской "трубки мира"). Русские добровольцы, поднятые Миланом Лукичем, в это время искали Аса и были готовы на крайние меры, узнав где он, но конфликт был решен бескровно. Тихая полоса закончилась. В последующие дни операции и рейды шли ежедневно. 21 января мусульмане обстреляли Вишеград (один серб убит и семеро ранены) и, проведя наступление к югу от города, захватили и сожгли шесть сел. Были многочисленные жертвы среди мирного населения. Мусульмане безжалостно расстреливали женщин и детей, не успевших укрыться. Выехавший на отражение мусульманского наступления сводный отряд из добровольцев и четы (роты) Бобана участвовал в эвакуации мирного населения. Русским предстало зрелище кровавой бойни - везде валялись тела сербских крестьян. Старик с перебитой ногой долго полз к своим, оставляя кровавый след на дороге. На следующие сутки "турки" опять перешли Дрину и напали на Рудо (к югу от Вишеграда), атаковав ночью сербскую бригаду. Сербы проспали нападение. В итоге "напада" погибло и попало в плен до пятидесяти человек, захвачен штаб бригады. Мусульманам также достались несколько единиц техники - танк "Шерман", две гаубицы, девять минометов, установка "Прага". Одна "Прага" была сожжена. Так называлась строенная автоматическая пушка, установленная на базе грузовика. В Боснии в то время авиация практически не применялась, и зенитные орудия зарекомендовали себя как грозное, эффективное оружие против живой силы противника. Русских подняли неожиданно, перед этим вечером некоторые из них сильно выпили. А тут пришлось целый день бегать по горам... Андрей Целобанов потому очень неважно себя чувствовал, ему требовалась опохмелка. Русские залегли перед сербским селом, сейчас занятым мусульманским отрядом. С дома на окраине бил пулемет, делая открытую местность непроходимой. Рыжий питерец, которому все это осточертело, поинтересовался, есть ли в деревне ракия. "Конечно есть, в чем вопрос," - ответили ему. Реакция Андрея была неожиданной. Он вскочил и побежал через поляну в село. Без прикрытия. Русские такого не ожидали, "турки" тоже - и последние предпочли ретироваться. "Волкам" осталось пустое село, со следами пребывания там противника.(*Андрей Целобанов прошел боснийскую войну невредимым и погиб в России 13 февраля 1996 года.) В доме были найдены лишь наспех оборудованные огневые точки - матрасы и кучи пустых гильз. Да во дворах села лежало несколько тел не успевших вовремя бежать и убитых мусульманами сербских крестьян. Первой на глаза добровольцам попалась застреленная старуха со сломанной ногой. (*А все начиналось с чего? С требований свободы слова и прочих атрибутов демократии. Вот оно, логическое завершение. Потому, когда я слышу требования независимости, я хочу закричать: "Матери! Берите детей и бегите в пещеры, заслышав слово "суверенитет"!") В хлевах лежали полусожженные туши коров и овец. Мусульмане не щадили никого. В этот же день 22 января казаки действовали в районе Стражбеница, поэтому Загребов не пустил своих подчиненных в рейд вместе с "волками". Успехи казаков были достаточно скромными - в бою они убили одного мусульманина. Тогда же был ранен Дед. Казак при "зачистке" дома бросил гранату, но та отскочила и вылетела на улицу. Тогда Дед сбил с ног казака и упал, прикрывая товарища, и сам получил осколочные ранения при взрыве. На следующий день русские провели безуспешное наступление на Стырлицу. Случайным выстрелом был ранен Румын. Незадолго до этого одному "волку" снился сон, в котором он видел двух беседовавших Дмитриев - Чекалина и Румына. Румына он слышал, а Чекалин лишь беззвучно шевелил губами, его слова куда-то исчезали... Смысл сна стал ясен позже. 24 января по тревоге добровольцы вместе с казаками были переброшены под Рудо. Предыдущей ночью была еще одна атака мусульман. На ее отражение бросили сводный отряд, куда входили добровольцы, казаки и сербы - всего до девяноста человек. На вооружении казаков к тому времени уже был БРДМ и "Прага". Наводчиком этой зенитной установки был русский майор-летчик. Еще один БРДМ был у сербов. Сводный отряд прошел несколько сел в поисках противника. Тем временем диверсионно-разведывательная группа мусульман обстреляла и выбила сербскую Ударную Бригаду им. Царя Душана из села Сетихово, но населенный пункт не заняла. То ли не осознав своего успеха, то ли что-то заподозрив. Ведь успешное, без каких-либо проблем, наступление - признак того, что войска направляются в ловушку. "Царские волки" и группа примкнувших к ним казаков заняли село - и услышали по радио команду Загребова развернуться в цепь и атаковать Сетихово. Сказывался недостаток его боевого опыта как командира. Засевшие в селе вместе с добровольцами казаки предложили в шутку: "Может занять круговую оборону...", но все же вышли в эфир и объяснили Загребову, что к чему. Русские вышли из Сетихово. Пройдя транспортный тоннель, передовой отряд русских с двумя БРДМ оказался зажат возле реки - с холмов, расположенных на обоих ее берегах, вели огонь бойцы противника. "Царские волки" залегли возле пригорка. Снайпер на давал возможности поднять головы. БРДМ, управляемый Анатолием Шкуро, пошел вперед, но попал под огонь гранатометов противника. Две мины взорвались с недолетом и перелетом. Бронемашину взяли в вилку. Машина остановилась - и следующий взрыв произошел впереди. БРДМ вернулся - обе бронемашины создали противопульное укрытие, защищавшее русских с другой стороны пригорка. Обсуждался план прорыва - при помощи концетрации огня гранатометов, двух БРДМом и автоматического зенитного оружия на одном участке. Целобанов выдвинул берет на стволе - рядом сразу появились фонтанчики пуль. Тогда Дмитрий Чекалин выстрелил тромблоном в сторону снайпера. Появился Загребов, до того воевавший с бутылками вина, которые сербские крестьяне подарили русским. Он прошел пригорок и вышел на открытое пространство, спокойно прогуливаясь - с налитыми кровью и ракией глазами. Все восхищенно замерли - только что снайпер не давал поднять головы, а тут... "И не убьет ведь эту суку ничто... И даже не зацепит." Видимо, у снайпера кончились патроны - и он также кусал свои локти, видя перед собой красивого и наглого русского командира. Дальнейшие события добавили горечи в отношениях между казаками и добровольцами, которые переросли в острую вражду. Ночью кто-то "попытался исправить ошибку" или просто выместил злобу. Взрывом гранаты Загребов был ранен. Один осколок оставил глубокий след на правой ноге, другой же попал в спину возле позвоночника. Казаки нажали на сербов, и на следующий день Рудовская бригада пришла разоружать РДО. Когда сербы и казаки шумно подошли к дому, где разместились "волки", из окна высунулось дуло пулемета. Андрей Целобанов дал предупредительную очередь, чем сильно охладил пыл сербов. - Ну, кто там еще хочет нашего оружия? - зло процедила рыжая бестия. - Вы бы лучше так воевали с мусульманами, как наших стволов хотите... Дело в том, что предыдущий командир Рудовской бригады пытался навести дисциплину, которая там была на низком уровне. Ведь чуть что, сербы могли отойти в "большую" Сербию - всего-то дел мост перейти. За трусость комбриг избивал провинившихся рукоятью пистолета. Но сербы - люди гордые, и не выдержав такого обращения, они своего командира застрелили.

    x x x

Разоружили "волков" частично. Но ситуация стала совсем невыносимой и русские попросили найти для РДО другое место. Такое место было найдено - Прибой в северо-восточной Боснии, недалеко от Посавинского коридора. Три года спустя там разместится российский контингент в составе миротворческих сил НАТО. Ас решил, что надо уезжать. 27-го января он уехал в Белград, но на следующий день вернулся. Зашел в больницу к Загребову, предложил забрать его, но Загребов отказался, насторожившись. В течение последующего месяца Ас не воевал. Он отошел и от руководства отрядом, и от участия в боях. Вероятно, обиделся и устал. Ас остался в Вишеграде, присматривая за тяжелораненым Игорем Козаком. С ним остался и Саша Кравченко. 28-го января 1993 года основная часть "Царских волков" ушла в Прибой, увезя с собой и знамя отряда. В Прибой РДО уезжал уже с другим командиром - майором Эдиком. В Вишеграде этот офицер явно не мог раскрыть всех своих талантов. Там, в Прибое отряд успешно воевал около двух месяцев, действуя против Тузлинской группировки мусульман.

    КАЗАКИ.

Казаков, оставшихся в Вишеграде, в отсутствие Загребова тоже постиг раскол. Из них выделилась группа во главе с лихим Геннадием Котовым, записав на свой счет несколько дерзких и удачных операций. (*Гена Котов уже упоминался нами в контексте Приднестровья.) Но история котовского отряда получилась недолгой. 29 января Котов сделал вылазку к селу Стражбеницы и перехватил там отряд мусульман, перегонявших скот. В бою казаки убили шестерых бойцов противника и нескольких ранили. Окрыленные успехом, в последующие дни казаки ставили мины и проводили прочесывания местности. А второго февраля семеро казаков во главе с Геной Котовым, пройдя в расположение мусульман, так успешно корректировали минометный огонь, что под разрывами мин погибло четыре бойца противника. Но военное счастье переменчиво. Четвертого февраля произошел инциндент, сильно запомнившийся всем русским и ставший кровавым предзнаменованием. В тот день казак Риголетто ввалился в казарму пьяным и дико возбужденным. Оказалось, что серб натравил пьяного казака на двух пленных мусульман - и тот убил их ножом. Казаки отшатнулись от товарища. У них так было не принято, и кодекса поведения так никто не нарушал. Не по-православному это... Возмездие пришло скоро. 9 февраля Котов со своей группой, опрометчиво не изменив прежнего маршрута, попал в засаду. По ним хлестнули прицельные очереди. Командир погиб сразу. Дико кричал Риголетто, прижимая простреленные руки к груди... А вообще февраль 1993 принес казакам дурную славу. 3-го февраля десяток их здорово погулял в Белграде, наведя ужас на полицию города, до того не знавшую таких стихийных бедствий. Полиция оцепила вокзал в попытке остановить буйных союзников. После этого казаки переместились поближе к Вишеграду - в Ужицы, где продолжили веселье и даже пытались рассчитываться с таксистами ручными гранатами. Анатолий Шкуро бросился изучать местных проституток, но был неприятно поражен их дороговизной. Его товарищ Максай - участник январского спора "Ты меня уважаешь?" - ловил попутку, лежа на мосту и паля в воздух из пистолета-пулемета "Скорпион". (*Максай благополучно прошел Боснию и погиб уже в России где-то в мае 1993 года) Дали знать о себе и казаки, стоявшие в Скелани. Сербы задержали им зарплату. Тогда казаки погрузились на БРДМ и взяли сербский штаб штурмом. Деньги сразу же нашлись, но слово "казак" стало вызывать не самые лучшие эмоции. Вишеград. Третий слева - казачий командир Геннадий Котов. (Погиб в феврале 1993 г.)

    СМЕНА.

Потом обстановка ухудшилась. В феврале пошли гуманитарные конвои на Горажде. И тут же мусульмане обрядились в НАТОвскую униформу, резко усилилась их огневая мощь. Потом сербы и русские отбивали у них оружие - добротные советские "Калашниковы" и снайперские винтовки (СВД), гранаты и пластиковую взрывчатку западного производства. В начале марта большинство первого потока возвратилась в Россию. Зато вскоре с небольшим интервалом прибыли казаки "второго" и "третьего разлива". Прибывая на поездах в Румынию, до Вишеграда они добирались автотранспортом. Собственно казаков там было немного, хотя приехали и донцы с боевым опытом Приднестровья. Были также сибиряки и группа людей Беляева (из "Рубикона"). Среди этого пестрого коллектива встречались и очень колоритные фигуры. Так Андрей, 17-летний парень богатырского телосложения, получивший кличку Малыш. К моменту прибытия в Боснию на его счету было двузначное число убитых солдат противника в тех двух горячих точках, где он успел побывать. Малыш был снайпером-самородком, что называется - от Бога. (*Однажды возле казармы на Околиштах, где Малыш нес поднос с чаем, несколько человек перетаскивали печку, и этот грохот был точь-в-точь как грохот пролетающего над человеком "сушки". Реакция бойца, испытавшего на себе прелести бомбежки в Абхазии, была молниеносной. Видевшим это показалось, что поднос с чаем еще был в воздухе, а Малыш уже закатился под стол.) Вооружили казаков, как и предыдущую смену, преимущественно югославскими "калашами". Необстреляные, они рисковали стать "пушечным мясом" в первом же бою. Чтобы избежать бессмысленных жертв и склок из-за старшинства, всех их возглавил в течение некоторого времени "находившийся в отпуске" Ас. Он избегал названия "казаки", дабы лишний раз не нервировать сербов. Всего под его началом оказался отряд из тридцати сербов и тридцати восьми русских. Там было и несколько старших офицеров. Асу и его помощнику - Саше Кравченко пока удавалось сдерживать "казачий экстремизм" - попытки к отделению "настоящих" казаков-донцов от "мужиков", к ним приписавшихся.

    ВКУС ГУМАНИТАРНОЙ ПОМОЩИ.

Март принес тяжелые бои. Сербы, отбросив противника от Вишеграда, попытались наступать. В тех схватках они потеряли убитыми и ранеными большинство своих командиров, щедро оплачивая своей кровью свои успехи. Ведь теперь их враг щедро снабжался "гуманитарными конвоями", которые ему слал "сердобольный" Запад. Вначале сербы достигли серьезных успехов и освободили большую территорию. Так, во время боев 21-22 марта, Рогатицкая бригада успешно атаковав мусульман, захватила пару единиц бронетехники в числе прочих трофеев. (*Рогатица - сербский городок к северу от Горажде.) Но затем сербы совершили ошибку - отвели интервентные (ударные) части на отдых. Может быть, не хватало сил, и эта ошибка была неизбежной, она повторялась на войне неоднократно. Тут же мусульмане нанесли удар по ополченцам-"положайщикам", занявшим новую, еще неукрепленную линию фронта. В последовавших боях 23-24 марта те понесли серьезные потери и отступили перед огненным валом артнаступления и ударными отрядами противника, прекрасно экипированными и вооруженными... Фактически мусульмане не смогли сбить с места только сводную сербско-казачью группу и сербский отряд, которых русские называли "наемниками". То были приглашенные в Вишеград из-под Сараева сербы, которым были обещаны и заплачены какие-то деньги. Этот отряд современных кондотьеров имел на вооружении собственные тяжелый танк советского производства и строенное автоматическое 20-мм орудие - "Прагу". Вся масса казаков базировалась на Околиштах. Русские и сербы занимали позиции на горе Заглавак, куда в тот момент переместилась линия фронта. Непосредственно же возле линии фронта они размещались на турбазе - в бетонном здании километрах в десяти от Вишеграда по прямой (если лететь вертолетом). Все русские были разделены на три смены, одна - чисто казачья, одна - из "мужиков", и одна смешанная. Позиции на Заглавке были разделены на три сектора, самый важный отводился русским. На соседней высоте Столац был тоже выставлен русский пикет. Казаки ходили в разведывательные рейды, неожиданно сталкиваясь и попадая в перестрелки с врагами. От маршей по горам в еще не расстаявших снегах русские страдали простудными заболеваниями. Зимнего обмундирования уже не было, а летнее от холода и снега не спасало. Запасы сербов стали подходить к концу... В такой вот обстановке Ас провел свой последний бой в Боснии. Казаки на Заглавке, март 1993 года. Очень была заметна разница между казаками "первого разлива" и второго-третьего потоков. Первый разлив - конечно, неоднородная команда, там были всякие казаки, да и не казаки вовсе, но слово "разлив" закрепившееся за ними лаконично и метко дает характеристику. Во втором-третьем потоке было больше серьезных людей, которые правильно понимали идею дисциплины и на тот свет не торопились. Но репутация казаков уже была сильно подмочена. Шло мусульманское контрнаступление. Утром, 24-го марта 1993 внезапно загрохотала их артиллерия. Заглавак расцвел фонтанами огня. Взрывы сотрясали землю, сбивали людей с ног, секли ветки деревьев и кустов. Русские бойцы, вжимаясь в мерзлую каменистую землю, каялись, что не окопались по полной программе. Над головами свистели осколки. А тут с тыла заговорили пушки сербов. Их снаряды буквально "брили" высоту, и взвихренный ими воздух шевелил волосы залегших русских. Перебегавший по линии Ас был сбит с ног разрывом снаряда и получил легкую контузию.(*Усиление огневой мощи противника странным образом совпало с очередным конвоем гуманитарной помощи на Горажде.) Сразу за артобстрелом последовала атака мусульман, по сербски - "напад". Скрываясь в зарослях кустарника, они вели огонь по защитникам высоты. Двое наших решили поправить положение, зайдя во фланг противнику. Сибиряк Олег и киевлянин Юлий, пройдя по заросшей кустами ложбине южного склона высоты, зашли к мусульманам справа. Выскочив на открытое пространство, Олег - как Рембо - встал во весь рост и от бедра открыл огонь по противнику. Однако война - не Голливуд. Мусульмане сначала пришли в замешательство, но вскоре ответили. Киношный прием не сработал. Их стрелки быстро поймал Олега в свои прицелы. Первая вражеская пуля попала Олегу в "лифчик" - боевой разгрузочный жилет, проще говоря - нагрудные патронные сумки. Он спас Олегу жизнь - пуля попала в запасной автоматный магазин и срикошетила от него. К автоматам калибра 7.62 придаются металлические магазины, которые могут смыграть и защитную функцию. Пластиковые рожки для современных российских 5.45 мм автоматов в таком случае только бы ухудшили ранение - боец был бы нашпигован массой пластиковых осколков, которые невозмодно обнаружить рентгеном. Тут же в Олега попала еще одна пуля. Первый удар развернул бойца, благодаря этому второе попадание пришлось не в низ живота, что наверняка было бы смертельным. Пуля лишь пробила ягодицы. Украинец Юлий оттащил раненого назад, ломясь через кусты и оставив за собой настоящую просеку. За это его прозвали "трактором", а над ранением Олега потом подтрунивали. Олег пролежал несколько часов в палатке и был отправлен позже в тыл, в госпиталь. Мусульмане напирали на русско-сербский отряд, но те держали позицию, не давая мусульманам высунуться из зарослей и подавляя пулеметным огнем их огневые точки. "Бровинг", ПК и MG выкашивали кустарник и выбивали каменную крошку. Атака была отбита. Тел мусульмане не оставили. Лишь несколько кровавых пятен лаконично говорили о том, что и противник понес урон. Сербский офицер, очень надменно и гордо державшийся перед боем, а сейчас подавленный артобстрелом, подбежал к Асу: - Отступать будем? - Нет. Зачем? Приказа не будет - и не отступим, - походя ответил Саша, краем глаза отметив сильное удивление на лице брата-союзника. Вскоре Ас, сопровождая раненого товарища, уехал в Россию. Ну вот и все. Ничего он не получил от этой войны, кроме лишних седых волос, ну и славы. Уехал - как был - с пустыми карманами. На границе сербские полицейские устроили ему очень тщательный обыск, отобрав униформу и штык-нож. На белградском вокзале в Белграде бродили здоровые бритые "бройлеры" - солдаты российского ООНовского контингента. Там Ас зашел в кафе впервые за несколько месяцев поел нормальной пищи. Ему стало плохо, из глаз потекли слезы. "То желудок давит на глаза", - сочувственно сказали прибежавшие на помощь сербы. Ас собирался отдыхать месяц, но задержался в России. Два с лишним года спустя сербы наградили его серебряной медалью "За храбрость" и представили к еще одной, но все так и лежит в Пале, дожидаясь своего владельца... В тот момент организованная переброска русских в Боснию прекратилась. В дальнейшем туда ехали в основном одиночки. Но тонкий ручеек их, то угасая, то оживая, тек сюда постоянно до самого конца войны...

    ДЕНЬ КОСМОНАВТИКИ.(Побывавшие в аду).

Говорят, с того света еще никто не возвращался. Врут. Это случилось с русскими по крайней мере один раз - на Заглавке 12 апреля 1993 года. Так уж получилось, что самый доблестный бой под Вишеградом выпал именно на "казаков" третьего потока. Вряд ли думал Юрий Гагарин, облетая Землю на корабле "Восток", что через тридцать два года в тот же самый день группа русских ребят, вместо того, чтобы бродить по марсианским равнинам, примет страшный бой на неведомой ему высоте в далекой Югославии. И будет у них все как в далекие 40-е: та же храбрость, то же немудреное стрелковое оружие и бревенчатые блиндажи. Сам же Заглавак стал после боя чем-то напоминать марсианскую равнину, да и побывавшие там принесли богу войны Марсу славную жертву. Всю ночь с 11-го на 12-е апреля бушевала непогода. Валил густой мокрый снег, сильный ветер поднял настоящую густую пургу, слепившую глаза русским... Видимость была почти нулевая. Эту снежную бурю, стихшую к утру, продолжила буря огненная. Утром начался бой. Снег стал роковым для Владимира Сафонова и Дмитрия Попова, стоявших в пикете на соседней с Заглавком горе Столац. Они были в бункере, срубленном из толстых деревьев, вместе с третьим бойцом Павлом. Этот блиндаж был объектом зависти для русских, оставшихся на Заглавке. Но, казалось бы надежное убежище, бункер стал смертельной ловушкой для его защитников. Мусульмане подокрались к укрытию, скрытые предрассветным сумраком и пеленой мокрого снега, открыв огонь по входу в бревенчатое укрытие. Было около семи утра, едва лишь рассвело. Владимира убило сразу - пуля пробила ему горло. Попов рванулся из блиндажа и кинулся к дереву, чтобы отбиваться под его прикрытием. Очередь буквально пригвоздила его к стволу. Спасся только Павел. Выскочив из бункера, он открыл огонь из пулемета, стоя во весь рост. На Столаце вместе с русскими оказались и сербы. Сперва они растерялись и готовы были отойти с высоты, но храбрость русского удержала их. Заплевали вспышками сербские автоматы. Мусульмане обошли их с фланга. Ведя бой в полуокружении, Павел получил пулевое ранение в спину. Комочек металла прошел по касательной. Противник не мог в течение длительного времени сбить эту группу с позиций, но бой шел в явно неравных условиях - и после длительной перестрелки положай был оставлен. Мусульмане заняли бункер - им достались в качестве трофеев тела двух русских. Затем бой переместился к соседней высоте - горе Заглавак. Нападение мусульман застало державших там позиции врасплох. До того здесь царило обманчивое затишье. Основная масса русских покинула высоту, осталась одна "мужицкая" смена - девять человек при большом количестве "стволов" и боеприпасов. (* "Мужиками" называли "ненастоящих" казаков.) На девятерых наших обрушился огонь гаубиц и минометов. Вжавшись в землю, за каменными брустверами, горстка русских приняла бой, который шел шесть часов. В самом начале схватки погиб девятнадцатилетний москвич Костя Богословский, приехавший сюда 31 марта. Осколок близко разорвавшейся мины пробил его каску, поразив мозг. У Кости это был первый бой. Вражеские минометчики засекли по вспышкам русское пулеметное гнездо и засыпали его минами. Расчет пулемета и составляли Константин и Володя. Взрыв мины контузил Володю, и он на время перестал слышать. Все происходящее вокруг теперь было словно немое кино. И он там был далеко не зрителем, продолжая давить на гашетку и менять ленты. Саша Кравченко, ветеран "волков", организуя оборону, перебегал от бруствера к брустверу, посылая короткие очереди в сторону мусульман. Буквально накануне его товарищ видел сон, будто Саша гибнет от пули в затылок. И пуля действительно угодила ему туда. Сашу унесли: белое лицо, неживые, остекляневшие глаза... Осколочное ранение в голову, но не столь тяжелое, получил и еще один русский в этом бою. Волна за волной озверевшие и жаждущие мести мусульмане накатывали на Заглавак. Но все эти волны как о каменный утес кровавыми брызгами разбивались о мужество нескольких русских парней. Имея много патронов, наши поддерживали непрерывный огневой ливень. Когда стволы пулеметов раскалялись, бойцы брали в руки автоматы... Наверное, кто-то из них уже попрощался с жизнью и теперь лишь собирался ее подороже ее продать. Бой тянулся час за часом, а помощи из тыла все не подходило. Шестеро оставшихся продолжали стрелять, делая перерыв лишь для того, чтобы быстро переснарядить рожки патронами. Позади заухала сербская артиллерия, посылая снаряды в сторону врага. Русские находились в полуокружении, при желании можно было бы отойти, спасая свои жизни. Но никто не отступил, не дернулся назад. Выручили их свои. Сербские ополченцы в этот ад предпочли не соваться. На помощь пришли казаки и "мужики" с Околишты. Появление русского подкрепления разблокировало защитников высоты. Мусульмане отступили. Они были не готовы драться еще и с этими шайтанами. Жуткое зрелище предстало перед подошедшими казаками, хоть они и не смогли охватить взором всю картину. Подножие Заглавка было обильно полито кровью и устлано телами. Мусульмане сами потом признали, что потеряли в этом аду около восьмидесятити человек убитыми и более сотни ранеными. Погиб даже командующий бригадой. Все это сделала горстка русских парней! Потом мусульманское телевидение сообщило о страшных русских четниках-головорезах на Заглавке и Столаце, демонстрируя снятые на пленку тела и документы Сафонова и Попова. Но в рядах мусульманского ударного отряда, атаковавших высоты, был тоже один русский. Наемника торжественно наградили золотой медалью. Момент награждения показало мусульманское телевидение. Несмотря на то, что противник был обескровлен и отошел, по приказу сербского командования высоту оставили. В очередной раз. Окончательно она была захвачена позже. Так бой при Заглавке стал кульминационным пунктом участия русских добровольцев в Вишеградской эпопее. В этот день наши понесли самые тяжелые потери - трое убитых и трое тяжелораненых. Этот участок фронта истек кровью и затих. Мусульманское контрнаступление заглохло. Тела Сафонова и Попова были вынесены со Столаца и захоронены через несколько дней. Пошли разговоры о том, будто сербы подставили русских. Или о том, что то ли мусульмане решили использовать момент, зная, что на позиции много молодых, необстреляных русских, то ли... И почему тогда сербы не поспешили на помощь маленькому отряду? Дошло до того, что казак, будучи пьян, дав предупредительную автоматную очередь, построил в коридоре пятерых сербов. Прохаживаясь перед "брачами", боец объяснил им, что они не правы, и в следующий раз их за такое расстреляют. Вскоре после боя на Заглавке большой отряд окончательно раскололся на несколько групп со своими лидерами. Часть казаков уехала. Группа питерцев, приехавшая благодаря стараниям Юрия Беляева, примкнула к какому-то штурмовому (по-сербски - юречному) взводу. А часть добровольцев перешла под Сараево, где в тот момент назревали бои. Практика еще раз показала, что добровольческие русские отряды численностью более полутора десятков человек являлись неустойчивыми. Бойцы группировались вокруг своих неформальных лидеров и фактически становились самостоятельными подразделениями. Перевесить это мог лишь какой-то серьезный внешний фактор или харизма очень сильного лидера. Но как бы то ни было, а подвиг русских воинов в битве на Заглавке, еще долго будет жить в сербской молве.

    ИСТОРИЧЕСКОЕ ОТСТУПЛЕНИЕ:

НА ВОЙНЕ "ЗОЛОТОГО ВЕКА". Чего греха таить, иной раз сербы поворачивались к русским не лучшей стороной... Но не считайте сербов лживыми и вероломными. Ведь живем мы в в "золотой век". Что-то сломалось в человечестве, и подчас кажется, будто кто-то могущественный и коварный выпустил из преисподней дьяволов, вмешивающихся в души мира. А может так было всегда? "Осел, груженый золотом, может взять любой город," - говорил знаменитый античный полководец. Но еще полвека назад только безумец мог представить, чтобы немецкий генерал Роммель, чей корпус остался без горючего в песках Северной Африки, шел бы его покупать у своих врагов-англичан. Не может Гудериан откупиться от наших заградотрядов и без проблем придти в Москву... И Паулюс ни за что не оплатит себе и своей армии выход из Сталинградского котла. И в кошмарном сне советский маршал не станет продавать боеприпасы немцам и откладывать заработанные на этом деньги в швейцарский банк. Но в нынешнем мире такое становится в порядке вещей. Грабители, наркоторговцы и гангстеры, которые ранее вынуждены были скрываться от блюстителей закона, ныне почти открыто блещут своим богатством, усаживаясь в кресла президентов и премьер-министров. И возникают целые бандитские государства, вожди которых купаются в роскоши и в похоти, пока подвластные им люди ожесточенно убивают друг друга на руинах распавшихся государств. В порядке вещей стала торговля друг с другом вождей воюющих сторон. Мы стали современниками войн, превратившихся в выгодный бизнес полевых командиров и больших чиновников. Мы видим генералов, ввозящих в собственную страну наркотики и сдающих позиции врагу. И уже не удивляемся пиру во время чумы, хохоту раззолоченных шлюх на фоне крови и вспоротых животов. Спокойно дают интервью грязные дельцы, произведенные в высокие ранги. Они на самом-то деле торгуют землями и недрами собственной страны, заботясь о воцарении хаоса, в котором не будет столь неприятных налогов и таможен, но будет подконтрольные только им аэропорты, трубопроводы и перевалочные базы контрабанды. Где можно спокойно красть триллионы из бюджетов распадающихся и агонизирующих стран. Да, эти дивные шутки достойны Сатаны. "Незалежная" Украина через Пакистан продает Т-80-е талибам - перед которыми даже иранские аятоллы кажутся чуть ли не сторонниками либерализма и демократии. Эта техника собирается на Харьковском заводе имени Малышева и чуть ли не наполовину состоит из российских комплектующих. И танки, приобретенные на наркодоллары "Золотого полумесяца", идут с ордами диких фанатиков на север, к российским рубежам, куда велят им интересы США и саудовских шейхов! И приходится останавливать их на перевалах российскими же штурмовиками... В этом мире трудно остаться стерильно чистым, полностью свободным от захватившей его чумы алчности и подлости. И война в Югославии, увы, не исключение. Понимали ли это русские добровольцы? Да, и поэтому не уехали из Югославии, продолжая драться боком о бок с простыми сербами. Ибо кто-то должен дать бой Злу. И потому что, рядом с непонятной игрою командования, было и другое. Были сожженные и вырезанные сербские деревни. Взорванные церкви. Были "гуманитарные конвои", на деле оборачивавшиеся караванами с оружием для уничтожения православных... И есть еще Россия, на которой проводятся опыты по тем же, югославским рецептам... Вот оттого-то и гремели автоматы в руках русских парней там, в горах далекой земли. Балканская война, словно мощный магнит, притянула к себе людей особого склада. Они сохранили и память предков, и древний боевой дух. При всех своих кажущихся и явных недостатках и слабостях.

ГЛАВА №5В НАЧАЛО ГЛАВЫДАЛЕЕ